Ямагата Банто —заметная фигура позднего средневековья. Богатый осакский коммерсант, ученый-конфуцианец и экономист-практик, он проявлял серьезный интерес к европейскому естествознанию, особенно к астрономии, которую изучал под руководством одного из японских ученых-рангакуся, голландоведов. Голландоведением тогда называли изучение голландского языка и литературы на этом языке: голландцы более двухсот лет в период «закрытия страны» оставались единственной европейской нацией/с кем общались японцы, были тем звеном, которое связывало Японию с остальным миром.

Эти занятия привели Ямагата к мысли об отсталости науки в Японии и вообще на Востоке. Он писал: «Европейские теории движения Земли исчерпывают великие рассуждения о вселенной и ничего общего не имеют с ограниченными взглядами Индии, Китая и Японии». Ямагата показал себя не только прозорливым ученым, но и мужественным человеком, ибо подобные взгляды в те времена могли стоить жизни. Подвижник прогресса, Ямагага провозглашал: «Нельзя сомневаться в европейской учености, надо следовать и горячо доверять ей».

Мне кажется закономерным, что сегодня, в век интернационализации, имя Ямагата Банто поднято на щит.

Пятым по счету лауреатом премии Ямагата стал в 1986 г. В. Н. Горегляд, видный японист. Филолог, переводчик, историк, культуролог, он — автор оригинальных трудов, высоко оценивающихся востоковедами, в том числе и за рубежом. О награждении и предполагаемой дате приезда Горегляда на церемонию вручения в Осака я узнала из газет — в то время подходила к концу моя научная командировка в Японию. Вскоре предстояла поездка в Осака, и я решила приурочить ее к торжественному событию.