Зачем нужна деревня? О сельской демографии начистоту

Зачем нужна деревня? О сельской демографии начистоту

Что такое историческая демография? Образно говоря, это реконструкция исторической динамики численности населения, изучение его миграции, плотности и расселения. Её объект – сам человек, творец истории. А значит, на основе таких исследований можно попробовать построить прогнозы – куда и как движется общество, что с ним происходит на временных срезах.

Вот так, опираясь на двух китов этой дисциплины – историю и демографию – учёные умы Державинского университета уже второй год изучают, как вело себя сельское население век назад и теперь, вступив в третье тысячелетие. Исследует научное сообщество эти сложные процессы, опираясь на данные статистики, рассматривая проблемы здравоохранения, различных областей социальной политики, анализируя жилищные условия, миграционные процессы и другие сферы. Ближайшие посёлки кстати можно смотреть на карте.

Проектом под названием «Стратегии демографического поведения сельского населения юга Центральной России в XX – начале XXI веков» руководит профессор ТГУ имени Г.Р. Державина, доктор исторических наук Валерий Канищев. В прошлом году это исследование получило поддержку «Российского научного фонда», и командная работа закипела. Позади – ударный год, впереди ещё два, не менее интенсивных, чтобы провести непростые, но важные исследования.
Ушли и не вернулись?

Демография – очень сложный и неравномерный процесс. Демографический слепок (так называемая половозрастная пирамида), похож на ёлку. На фоне стройных «веток» нормального роста населения особенно видны выщербленные «узкие» места – численные провалы. А значит, не так всё просто, одной краской мазать – что всё в нашей стране плохо – тоже нельзя.

С одной стороны, одна из российских демографических проблем – снижение уровня численности сельского населения. Росстат фиксирует падение числа рождений в глубинке, отток населения. С другой стороны, трудно посчитать, сколько нужно работников на селе?

«Как посчитать, хватает ли деревне трудовых ресурсов? – рассуждает Валерий Канищев. – Население деревень сокращается. Это факт. Но оно до сих пор у нас большое – около 30 процентов россиян, занятых в сельском хозяйстве, живёт в глубинке, хотя в развитых странах их не более 5 процентов. Скоро мы приступим к изучению материалов сельхозпереписи 2016 года. Тогда и будет видно. Вот говорят, что работы не хватает, а, может, много лишних? Роботы уже заменяют людей. У нас сейчас в сельской местности – более 350 тысяч человек. Это много или мало? Надо изучать».

Различные данные свидетельствуют, что среди сельских тружеников преобладают рабочие, которые большую часть времени не заняты, а привлекаются только в период сезонных работ. Они могли бы ещё где-то работать, например, вахтовым методом. Или ездить на заработки в другие города. А «спальные районы» тамбовской сельской глубинки – вполне подходящее место для проживания, «воздушные места».

Другое дело, что нужно поддерживать в порядке инфраструктуру, объекты, которые позволяют людям нормально жить. Чтобы там оставалось хотя бы то население, которое есть сейчас. Об увеличении речь не идёт, да и потребности в этом, видимо, нет. По мнению профессора, остановить на каком-то этапе сокращение населения – вполне реалистичная задача. Тогда и сельскохозяйственное производство будет поддерживаться, а люди станут не только работать на земле, но и заниматься переработкой.

«Там, где есть современное жильё, народ удерживается. Вот, к примеру, Авдеевка – единственное село в Тамбовской области, где за 30 лет (с 1959 по 1989 годы) население резко выросло, – продолжает учёный. – А дело в том, что там была большая птицефабрика, с соседних сёл люди переезжали туда, укоренялись. Да и сейчас в Авдеевке отток ниже, чем по области».

К вопросу о том – сколько трудовых рук нужно селу, Валерий Канищев приводит любимый пример. В середине 17-го века на территории нашего края жило 50 тысяч человек. Они кормили себя, царский двор, в урожайные годы продавали большую часть хлеба, служили на оборонительной черте и к тому же платили «донской выход» (по госзаданию посылали хлеб для донских казаков, которые в то время земледелием не занимались). Иными словами, территорию охраняли и себя и тысячи других обеспечивали всего лишь 50 тысяч человек. Хватало рабочих рук? Выходит, что вполне.
«Демографическая ёлка», или «Если б не было войны»

Так как же выглядит эта самая «ёлка»? Для этого необходимо отследить процессы на длинных и на коротких отрезках времени. Скажем, в 1990-е годы не умолкали разговоры о том, что Россия переживает тяжёлую демографическую ситуацию. Но уже в 2000-х обострилась проблема детских садов. Почему? А не был учтён очередной подъём рождаемости. В 2017 году рождаемость снова упала, выросла смертность.

Все эти процессы требуют глубокого изучения, выявления факторов, которые на них воздействуют. Этим и занимаются тамбовские учёные, учитывая предыдущие исследования демографических процессов за более чем 20 лет.

«Наш коллектив небольшой – это десять человек, – говорит руководитель проекта. – Половина людей, занятых в исследовании, это молодые люди до 40 лет. Таковы были условия фонда. Вторая половина – старше этого возраста. Это и опытные люди, занимающиеся изучением данной проблемы не один десяток лет, и студенты вуза, которых мы привлекаем к работе».